search icoico arrow

Валерий Ковтуненко:  “СIДЛАЄ ДОЛЕНЬКА МОГО КОНЯ...”

Валерий Ковтуненко:  “СIДЛАЄ ДОЛЕНЬКА МОГО КОНЯ...”

Творчество - понятие многогранное, и мы говорим о нем не только в отношении людей искусства, но и всякий раз, когда сталкиваемся с активным созидательным подходом к делу. Поэтому, договариваясь с Валерием Ковтуненко об интервью "по творческим вопросам", я могла бы обратиться к нему не только как к актеру, поэту, но и как к директору театра им.Шевченко. Однако выбрала вторую из названных его ипостасей. Потому что актерское творчество Ковтуненко, скорее всего, в прошлом, к этому он вряд ли вернется. Директорство - дело настоящего, но оно все на виду. А вот поэтическое творчество хоть и продолжается, но с Ковтуненко-поэтом в последние годы мы встречаемся очень редко. Не пишется? Или поэт и директор не нашли общего языка? - О своем поэтическом творчестве мне говорить трудно, потому что его почти нет. Сейчас как раз период технической работы: нужно систематизировать написанное, создать концепцию будущей книги, составить ее, найти издательство, редактора, спонсора: - Валерий Иванович! Вы актер, поэт, бард. В конце концов стали директором. А с чего начинали, что появилось в Вашем детстве первым: поэзия, музыка, пение, актерская игра?

- Вначале была инструментальная музыка - еще в дошкольные годы я начал играть на баяне. Мой отец играл на многих инструментах, он и стал моим первым учителем. Мама играла на гитаре. Она была по происхождению из мещан, и я до сих пор помню ее фотографии, где рядом с ней - непременно гитара. Мама не только играла, но и пела, писала стихи. У нас в доме постоянно звучала музыка, пели песни. Наверное, поэтому у меня была такая тяга к музыке: хоть музыкальная школа и была в райцентре, за десять километров, я уроков не пропускал - в любую погоду то на велосипеде ехал, то на коне, а то и пешком приходилось идти, - так хотелось учиться музыке:

Я родился в учительской семье, а в советское время в школах всегда были самодеятельные драматические коллективы педагогов, которые к праздникам - октябрьским, новогодним, майским - ставили спектакли. Помню, мама играла в "Назаре Стодоле", в "Бесталанной". Так что с малых лет я рос и в театральной атмосфере. Но сам я вначале только играл - тяга к пению возникла позже, уже в четвертом-пятом классах школы.

Кстати, и мой первый актерский опыт появился тогда же. На районной олимпиаде мне нужно было сыграть на баяне пьесу, которую я сколько ни учил, а в одном месте постоянно сбивался. Не хотелось выступать, но надо. Вышел, начал играть, дохожу до этого места и - останавливаюсь. Решил сыграть еще раз сначала - опять остановка. Как вдруг слышу - музыка продолжает звучать! Что такое? - а это, оказывается, взрослый баянист, который стоял за кулисами, решил помочь. Ну я не растерялся и давай изображать - вроде это я играю, а сам только растягивал мехи баяна, перебирал пальцами по кнопкам, не нажимая их. Так и закончил свой номер. Так я впервые на сцене выступал в качестве актера, причем, современным языком выражаясь, "под фонограмму". Теперь это, к сожалению, встречается сплошь и рядом, даже без всякой технической необходимости, а во времена моего детства такого никто и вообразить не мог. В общем, можно сказать, я был первым исполнителем в Украине, выступавшим под фонограмму. Шучу, конечно. Но вот то, что какие-то актерские склонности тогда во мне проявились, это точно.

В старших классах школы я начал писать песни, стихи. На Сумской областной олимпиаде выступил со своей первой песней "Родина моя" - до сих пор ее помню, хотя и не полностью. Старшеклассником я начал участвовать и в маленьких драматических сценках, скетчах, которые мы сами же и ставили, стал солистом-вокалистом школьного эстрадного оркестра. На третьем-четвертом курсе института организовал студенческий вокально-инструментальный ансамбль. Тогда же освоил гитару, начал систематически писать песни.

- Каково Ваше театральное образование?

- Я окончил два факультета Киевского театрального института им. Карпенко-Карого: сначала актерский, затем экономический, по специальности "театральный менеджмент". С 1973 по 1990 годы я работал актером в днепропетровском театре им. Шевченко. Затем ушел на областное телевидение - директором творческого объединения. В тот период мы с Лидией Кушковой создали театр-студию "Воля", поставили и сыграли двенадцать спектаклей по украинской классике. Позже я директорствовал в областном Центре народного творчества при управлении культуры облгосадминистрации. А в январе 1994 года вернулся директором в театр им. Шевченко.

Став директором, я практически прекратил писать стихи - все занято театром. Это, кстати, тоже творчество, в том числе организаторское.

- Вы говорите, что и директорство - тоже творческий процесс. Так почему актер совмещался в Вас с поэтом, а директор - не очень? Свободного времени хоть и намного меньше, а все-таки оно есть, в чем же дело?

- Интересный вопрос. У меня нет на него готового ответа, попробую сымпровизировать. Ну, во-первых, свободного времени действительно почти нет, причем поэтическое вдохновение - вещь нерегламентированная: когда оно возникнет, предугадать невозможно. И настраиваясь на общение: ну, скажем, с высшими силами, с Небом, нужно от всего отключиться. А директорская работа как раз имеет жесткий регламент и перенести, скажем, назначенную встречу или собрание невозможно. Так что, наверное, многие поэтические импульсы гаснут потому, что не в свободную минуту возникли.

Хотя, конечно, просто написать стихотворение не проблема. Как во всяком деле, в стихосложении есть элемент ремесла, и можно "выехать" на одной технике, опыта у меня хватает. Но это, конечно, не творчество, в основе которого всегда должно быть вдохновение.

- Но, может быть, поэта и актера в себе сочетать легче, чем поэта и директора, еще и потому, что совместить авторское и исполнительское начало проще, чем два авторских? Ведь актер - это ведомый, а поэт и директор - ведущие: - Вы правы. В первом случае происходит определенная компенсация, а во втором накладываются друг на друга сходные импульсы и, возможно, это связано с большими затратами одного и того же вида энергии.

Когда я был актером, не все, что хотелось воплотить на сцене, зависело от меня. Было много условий: режиссерский замысел, распределение ролей, взаимодействие с коллегами-актерами, другие факторы. И, наверное, одним из импульсов, питавших занятия поэзией, было стремление к творчеству, которое полностью зависело бы от меня.

- Валерий Иванович, Вы из украиноязычной семьи?

- Да. Я родился на Слобожанщине, в Сумской области - родители жили в селе Александровка. Мой родной язык - украинский, правда, первая песня, да и первые стихи были на русском языке. Хотя я одинаково свободно владею как украинским, так и русским языком, по-русски практически не пишу - непосредственный поэтический импульс всегда украиноязычный. Русские стихи появляются в основном от рационального импульса, а не интуитивного.

- Не всегда вдохновение приходит в нужный момент. Какими способами Вы пробуете его "примануть"?

- Приемы известны, но универсального не существует, это чисто индивидуальный процесс. Например, можно начать писать в надежде, что вдохновение, воображение в какой-то момент "включится" в работу. Это похоже на метод физических действий в системе Станиславского. Мне ближе другой способ - чтение стихов любимых поэтов - Есенина, Лорки, Шевченко, которого я знаю с малых лет. В начале 80-х годов в Ленинской библиотеке в Москве читал "Трактование сновидений" Зигмунда Фрейда - в то время эту книгу выдавали только по особому разрешению. Вообще серьезно изучал психоанализ. Я тогда занимался проблемой творческого воображения в системе художественного творчества. Воображение - великий двигатель, с него все начинается. Правда, есть поэты, у которых первоначальный импульс рационален, но мне ближе поэты, идущие от возникшего образа. Хотя и формальные поиски мне не чужды - скажем, формы традиционной японской поэзии или белый стих. Я этим время от времени занимаюсь, но овладение новой формой само по себе особенного удовольствия не приносит.

- Сколько у Вас песен?

- Около ста. Из них можно составить несколько программ (раньше я, кстати, постоянно выступал с авторскими концертами). Были предложения сделать записи на аудио-кассеты, на компакт-диск. Но это требует большой организационной работы, на которую нет времени.

- Вас называют не только поэтом, но и бардом. Какой смысл Вы вкладываете в понятие "авторская песня"?

- Для меня это песня, которую написал и исполняет один человек - автор. В других случаях - когда, например, стихи и музыку написал один, а исполняет песню другой, - называть песню авторской, я думаю, неверно. Хотя это не означает, что такая песня хуже, - она просто другая. То есть "авторская песня" для меня - это жанровое обозначение, а не признак качества. Но с другой стороны, несколько лет назад был концерт, в котором принимали участие многие известные барды. Там и фонограмма была, и пение под оркестр, барды пели и дуэтами, и трио, - так что, может быть, это новые формы авторской песни? Во всяком случае, как и в любом вопросе, связанном с творчеством, категоричность здесь ни к чему.

В связи с авторской песней активно обсуждается еще одна проблема: является ли поэтический текст главной ее составляющей. Я придерживаюсь такой точки зрения и считаю, что именно это прежде всего отличает авторскую песню от эстрадной, от современной попсы. Другое дело, что мелодия, а особенно ритм придают песне некий магический элемент, усиливая воздействие на слушателя. Я люблю работать не только над стихом, но и над мелодией: не варьировать десять-двенадцать мотивов, а создавать развитую мелодическую линию, индивидуальную в каждой песне. Наверное, природа моя такова - мелодия очень важна в моей песне. - Три слагаемых песни - мелодия, стих, ритм. С чего начинается Ваша песня, как она рождается?

- По-разному. Иногда берешь гитару, начинаешь импровизировать, вдруг какой-то пассаж или мелодический оборот останавливает внимание - начинаешь его развивать, искать продолжение. Потом появляются слова. А бывает, воображение рисует образы и один из них застревает в памяти, на него накладывается другой, возникает цепочка образов. Так, одна из первых моих песен началась с образа "твоє плаття червоне". Он стал тем кристаллом, на котором "выросла" вся песня: дал толчок образной словесной фантазии, потом появился ритм, мелодия.

По-другому произошло с песней "Ангел небесний". Я тогда работал над фильмом "Одержима" по Лесе Украинке, в котором играл Мессию. И вдруг возник образ, давший название песне, а с ним - мелодия. Так чаще всего и происходит: словесный образ воникает в воображении звучащим, мелодически оформленным.

- Хорошо, когда песня, стихотворение рождается на одном дыхании, но так бывает не всегда: А если вдохновение появилось, но до конца Вас не довело, оставило на полпути - что делаете?

- Никогда не пытаюсь во что бы то ни стало завершить начатое. Тут насилием делу не поможешь - это уже будет не творчество. Ну что я могу сделать? - откладываю произведение и оно лежит год-другой, потом возвращаюсь к нему - иногда заканчиваю, иногда - нет. Наверное, я что-то не так в своей жизни сделал, раз мне не позволено завершить этот стих. Наши мысли, поступки, безусловно, влияют на то, снизойдет вдохновение или нет. Ведь все это внутри аккумулируется и питает воображение или гасит, давит его: Это тонкий процесс.

- Что Вы чувствуете, когда начинаете работать? Как бы Вы определили состояние вдохновения?

- Если, начиная работу, я буду думать "Ну, вот сейчас создам такое!.." - все, точно ничего не выйдет, для меня это неплодотворное состояние. Муза если и появилась, тут же исчезнет. А свой творческий настрой я бы определил одним словом - восторг. Чтобы понять, что это такое, его нужно испытать самому - словами это описать невозможно.

- Есть такой афоризм: "Злые люди не поют песен". Еще известнее другой: "Гений и злодейство - две вещи несовместные". Как, по-Вашему, взаимодействует творческое и нравственное начало?

- Любую мысль нельзя абсолютизировать, и мы, конечно, понимаем, что все люди поют песни - и злые, и добрые. И насчет второго афоризма все тоже непросто - недаром же есть выражение "злой гений". Но, по-моему, здесь важнее другое - кого считать злым человеком. Злой не тот, кто зол, а тот, кто вызывает злость.

- Валерий Иванович, Вы сказали, что в бытность актером одним из импульсов к написанию стихов было Ваше стремление к самостоятельному творчеству. А что стало толчком к директорству?

- Я с детства постоянно был маленьким руководителем - вожаком пионерской дружины, комсоргом, в армии - заместителем командира взвода, в театре - профоргом, в институте руководил оркестром. В этом сказалось не только стремление к лидерству, но и то, что мне интересно работать с людьми, организовывать их, собственным примером что-то показать, подсказать. Когда в результате мы что-то создаем совместными усилиями, я получаю от этого удовольствие.

В театре много проблем - творческих, организационных: репертуар, гастроли, транспорт, финансирование, работа с режиссерами, актерами, с цехами, спонсорами. Приходится бегать, просить, уговаривать, когда нужно - быть маленьким. А что поделаешь - жизнь такая, требует компромиссов. Я вообще компромиссный человек. Да, наверное, в театре на директорской должности и нельзя быть диктатором.

- Валерий Иванович, Вы дали отличную подсказку, чем завершить нашу беседу. Я хочу пожелать и Вам, и нам, чтобы Вы чаще находили компромисс между своим директорским и поэтическим творчеством. И чтобы в результате чаще появлялись с гитарой на сцене. Не наступайте на горло своей песне. Ну, во всяком случае, не так часто.

"Я відпускаю повід у коня, Нехай іде собі, як серце кличе".

Последние комментарии

    Комментариев не найдено, вы можете оставить первый комментарий!

Оставить комментарий

Ваше имя:

Почта:

Комментарий:

© 2000-2013 Academy.kiev.ua. Все права на любые материалы, опубликованные на сайте, защищены в соответствии с украинским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах.